Конспиративный лифчик

Рукой, полной сомнения, толкаю дверь магазина женского белья. Давно уж присмотрел его на задворках. С ленцой, словно нехотя окидываю взглядом глянцевые полки с полуобнаженкой, поджав губу (а блондинка-то, ай, хороша!), небрежно киваю на лучистое: «Добрый-день-подсказать-что?», которым продавщица стрельнула в меня с порога. Вроде бы просто так зашел, ни почему, время убить. На лице снисходительное недоумение от того, что вместо литых дисков, или там пиратских кассет, в магазине женского белья, оказывается, продают белье. Подумать только? И именно женское!

Пожимаю плечами, направляюсь к двери, мол, и чего я тут забыл? Вдруг, словно вспомнив что, поворачиваюсь к полной услужливого энтузиазма продавщице.

– Лифчики есть?

– Конечно! Вот, посмотрите – тут итальянская серия, тут вот французская…

– Нет, мне не нужен комплект. Мне только лифчик. Один.

– Какой предпочитаете?

– Попроще. Самый обыкновенный, без всего этого вот, – киваю на гламурный ряд фотошопных красоток, развратно улыбающихся мне с полок.

Продавщица мигом стирает улыбку с веснушчатого лица и презрительным пальцем тычет в угол, где не сразу приметишь кондовые совковые лифы грязно-молочного цвета. Они висят там сиротливо, в томлении невостребованности, без кружев, орнамента, без всех этих буржуазных пережитков, с комичной пролетарской серьезностью. То, что надо!

Вечером – Серега, пиво. Жилистая соленая рыба неизвестной классификации – он любитель. Заметив покупку в прозрачном пакете, небрежно оставленную на столе, спрашивает:

– Для кого?

– Для хозяйки, завтра зайдет за баблом.

– Ну, ты гурман, батенька, – удивляется он, – а говорил – бабка?

– Бабка и есть. Я не дарить, я для конспирации.

Месяц назад, когда выезжал с аспирантской общаги, столкнулся со стандартной московской проблемой – одинокому кавказцу никто из аборигенов не жаждал сдать квартиры, а высшее образование и ученую степень предлагалось, хоть и не прямым текстом, но по сути, засунуть себе куда подальше. Тогда-то и был разработан конспиративный план – на смотрины со мной приезжала Оля. Кто сказал, что девушка не может быть парню другом? Может! И дружит! Почему без интима? Был. С полгода встречались, перемежая с другими медсестрами, но это давно в прошлом. А дружба – она осталась.

Вот, в первой же квартире, которую мы в роли молодой семьи смотрели (Оля легко вошла в роль, пугая меня деловитой искренностью), хозяйка растаяла и сдала нам жилплощадь в размере «однушки», благословив нас на «плодение и размножение». После новоселья Оля уехала к себе, а я, как и планировал, жил бобылем, развлекаясь случайными, и не только, связями.

Завтра первый срок платить, Марьиванна заехать обещались. Дергать ежемесячно Олю не хотелось, решил взять хитростью. Распаковали с Серегой девайс, развесили на балконе, так, чтобы из комнаты сразу в глаза бросался. Отошли, оценили. Страшная вещь! Массивный лифчик, весь, как есть, топорная ипостась полшестого и эпитафия вожделению, степенно качался на аршинных тесемках. Запили ужас.

– Ты скажи, чего такой монументальный взял? У Оли твоей – дай Бог, первый с натяжкой, а тут державный бюст пятого легко втиснется с запасом.

– Думаешь? – с сомнением смотрю на композицию, – Авось, не помнит Марьиванна, какой там размер был у Оли. Ей-то с чего бы сиськи девичьи рассматривать?

– Ну-ну, – хмыкнул Серега.

– Здрасьте, Мариванна! – строевым басом я приветствовал назавтра хозяйку в дверях.

Посидели, почаевничали. Что – Оля? Здорова? Ну, дай Бог, дай Бог. К родителям как раз отлучилась? Ну и ладно.

Лифчик, колыхавшийся за моей спиной, а у нее перед очами, отливал мои слова в граните, заверял нотариально, с апостилем, со всеми печатями да пломбами. Железное алиби! Уехала довольная, с деньгами.

Сразу по ее уходу перевешиваю девайс в другую препозицию, чтобы не повторяться. Так он и висел у меня, смеша гостей, особенно женского пола, с которыми я делился своей незамысловатой хитростью.

– Здрасьте, Марьиванна! – очередной месяц за плечами, и снова чаевничаем с хозяйкой, на фоне разлапистого атавизма отечественной легкой промышленности.
Как дела? Как Оля? Здорова? Ну, слава Богу. Только вышла? Ну, ладно. Привет ей. Детишек не планируете? Оно и верно, еще успеется. Ну, давай, милок. Пока.

Прошло с полгода. Под Рождество, после очередного чаепития и разговоров о будущих детях, здоровье и прочей лабуде, Марьиванна, как обычно, аккуратно перебрала купюры, спрятала в недра своей старушечьей сумочки и, хитро прищурив один глаз, спросила:

– Елку-то будешь ставить? Там у меня на антресолях завалялась, можешь взять, если что.

– Ага, спасибо, Марьиванна. Думаю, и гостей позовем.

– Позови, позови, милок. Дело хорошее. И вот еще что… Ты лифчик-то, что там висит почем зря, сними, что ли. Негоже в Новый год со старым лифчиком.

– Так я… Это… Оля же… – мямлю, растерявшись.

– Ну да, ну да. Конечно, Оля. Молодец, хорошо придумал. Только вот что я тебе скажу, милок. Будешь следующей хозяйке лапшу на уши вешать, не скупись, возьми нормальный комплект. И размерчик подбери, что ли…

– Ага… – ошарашенно отвечаю, в полном расстройстве, – Так мне что, теперь, следующую хозяйку искать?

– Зачем? Думаешь, я тебя только сейчас раскусила? Хе-хе, дурачок! Я с первого раза все поняла, просто вижу – парень добрый, интеллигентный, находчивый, деньги платишь исправно. Чай, опять же, хороший всегда. Чего от добра добра искать? Но вот что я тебе скажу. Хоть мне семьдесят скоро стукнет, но даже я эту хрень, что там заместо прапора полощется, на себя ни в жисть не одену, а уж тем более, твоя красотка Оля. Так-то, милок.

Автор; Артур Григорян
Рисунок: Татьяна Калашникова

1 комментарий

  1. Ольга

    Весело!!!!

Добавить комментарий

Читайте также: